От цензуры не уйдешь

- Еще будучи студентом, я посетил киноклуб, где показывали классику. Я заболел кино. В день смотрел больше двух фильмов. Воодушевившись работами гениев, решил отправиться на «Ленфильм», раз уж в Питере. Оказавшись на киностудии, попросился отчего-то в «съемочную труппу» - и грузчиком был, и по поручению бегал в магазин за портвейном, пока не стал работать в съемочных группах Алексея Учителя, Николая Обуховича.
Я познакомился со многими людьми. Был везде на съемочных площадках, застал даже Олега Даля. В итоге я понял, что в игровое кино не хочу. Это в день – отснятые три полезные минуты.  Я люблю  с одного быстро переключаться на другое. Начинающим режиссерам полезно просто смотреть фильмы гениев. Но не просто как зритель, а как профессионал – «Почему здесь так?».
Одной из своих знаковых работ я считаю «Восточную песню, или Телевидение в зоне». Представить, что сегодня такая картина может появиться, уже сложно. Если в начале нынешнего столетия подобные съемки еще можно было организовать и уйти от цензуры, то сегодня это из раздела фантастики. Этот документальный фильм о «тюремном ТВ» стал памфлетом современному телевидению. Единственная трудность, с которой я столкнулся при съемке фильма,  - нагрузка на печень. Пришлось пить с начальником тюрьмы. А вот фильм про Настю (убитая журналистка «Новой газеты», - авт.) я не планировал снимать. Я его сделал, потому что у меня на руках оказался этот материал. Она чистый был человек, и это трагедия и для Украины.  Она занималась теми вещами, которыми другие не хотели заниматься. Материал предназначался для людей в Москве, которые потом отказались от него. Ни один канал не захотел показывать фильм.
Вообще производство филь­­ма  - это выброс энергии. Основой гениальности некоторых работ является то, что делались они, как в последний раз.  Жить одним кино при отсутствии семьи – отсюда такой результат.